Продолжение рассказа исследователя и антрополога Брюса Лава о современных деревенских майянских знахарях и шаманах — ахменах, как они сами себя называют, проживающих на территории Восточного Юкатана, в стороне от основных туристических маршрутов. Окончание следует.

Начало рассказа про шаманов майя.

Молитвы шамана, по сути, представляют собой длинные списки священных имен, в том числе богов майя, католических святых, местных святынь, археологических памятников и сенотов или источников подземных вод. Я также был свидетелем шаманской практики, в которой перечислялись участники, дары, день и время суток. В случае ваахил кооль (waajil kool) упоминается размер milpa (кукурузного поля), например, шестьдесят mecates. Именование является ключом. Чем более полный перечень, тем лучше эффект.

Почти всегда на первом месте стоит Святая Троица, например tu kili’ich k’aaba «во святое имя Бога Отца, Бога Сына, Бога Святого Духа» (Dios Yuumbil, Dios Meejenbil, Dios Espiritu Santo). Как В качестве примера именования в молитвах ваахил кооль из Беканчена Дон Рамон молится:
«Я стою здесь перед алтарем, я предлагаю эти первые фрукты… » И далее следует упоминание имен баалам «духовных защитников», канаан «стражей», иик’ «ветров», meyajo «духовных служителей», jóoyajo «тех, кто дает воду» и tepalo, «правители».
Сами подношения представляют собой обычно хлебный напиток, ферментированный мед (бальче), суп из хлебных крошек, слоеный хлеб, сигареты, куры и индейки.

Затем следуют католические святые, сначала женщины, затем мужчины: Святая Анна, Святая Луция (Сиракузская), Пресвятая Дева, Вильгефортис (Санта-Либерата), Мария Асунсьонская, Дева Фатимская, Дева Гваделупская, Дева Мария и Святая Марта. Святые мужского пола –Иоанн Креститель, Апостол Петр, Исидор, Антоний, Иосиф, Иаков, Филип, Лаврентий, Бонавентура, Франциск, Димас, Мартин, Святой Бернардин Сиенский, Святой Михаил Аркангел и Ниньо де Аточа. Существуют также региональные святые: Трес-Рейес-де-Тисимин, Сан-Роман Кампече, Алачо Сантьяго и Санто-Кристо Чумаель.

Все вышеперечисленное было названо неоднократно, чтобы обеспечить защиту Луиса Шула, крестьянина, который всю жизнь посвятил возделыванию кукурузы, его семьи и его милпы (поля). Молитвы длинные и низкие, обычно просто шепот. Сами слова святы, это – «древняя речь», луичбен т’аан (liuchben t’aan). Одна молитва может длиться до тридцати минут, обычно включая многократное повторение фраз и разделов.

В молитвах перемежаются фразы майя, которые соединяют части вместе, фразы, подобные utiaal bakaan xan, которые не имеют прямого перевода, но при повторении снова и снова образуют литургический ритм. Внешние участники обычно не слушают и не пытаются понять молитвы. Они тихо переговариваются между собой и занимаются приготовлением подношений еды и питья, а Тех-мин сосредотачивается на алтаре, освящая его святыми, древними словами.

Во всех городах и деревнях Юкатана (и, вероятно, в больших городах тоже) шаманы майя проводят обряды и церемонии, которые находятся вне сферы компетенции Католической Церкви; но это не значит, что они не являются католиками. Формально они – католики. Но в типичной маленькой деревне католический священник может приезжать в город только два-три раза в год, обычно для проведения свадебной церемонии. На этой свадьбе он будет крестить детей, родившихся после его последнего визита.

В отсутствие священников католический ритуал продолжается в форме вечерней девятины, или молитвенного пения, в котором группы мужчин поют на испанском языке из своих католических песенников (Рис.3). Церковные помощники зажигают 12 свечей и благовоний и ставят подношения в виде различных напитков на алтарь, в то время как женщины и дети сидят на стульях и скамьях. После песнопений мужчины проходят перед многочисленными святыми на алтаре, благоговейно крестясь перед каждым образом. После этого все разделяют выпивку. Девятины также часто исполняются в частных домах, где женщины-певицы часто берут на себя ведущую роль.

В городах, где евангелисты обратили часть населения в любое число протестантских сект, церковная жизнь, конечно, совершенно иная. Поскольку моя собственная полевая работа проходила среди практикующих католиков, я могу сообщить только об этом аспекте религиозного опыта майя.

Хороший пример того, как местные ритуалы майя смешиваются с католицизмом, произошел в деревенской деревенской церкви, когда певцы-исполнители девятины исполняли свои молитвы перед церковным алтарем, а шаман стоял на коленях возле алтаря, держа в руках чаши с подношениями для питья. В какой-то момент во время девятины он вышел наружу и развесил свои подношения на деревьях для майянских духов полей и лесов.

Хороший пример того, как местные ритуалы майя смешиваются с католицизмом, произошел в деревенской деревенской церкви, когда певцы-исполнители девятины исполняли свои молитвы перед церковным алтарем, а шаман стоял на коленях возле алтаря, держа в руках чаши с подношениями для питья. В какой-то момент во время девятины он вышел наружу и развесил свои подношения на деревьях для майянских духов полей и лесов.

Грань между тем, что такое «майя» и что такое «католик», очень размытая.

Девятины (новенны) написаны по-испански, но как раз перед тем, как ахмен (шаман) вынес свои подношения на улицу, певцы перешли на язык майя. Язык майя используется для сельскохозяйственных и лесных богов, испанский – для святых на алтарях в церкви и дома. Ахмен отвечает за духовный мир майя; приезжий священник и певцы новенны управляют католическим миром, но различие размывается по мере слияния двух миров.

Синкретизм, или смешение систем верований, сегодня следует образцу, который был установлен пятьсот лет назад с приходом испанцев. Народ майя признавал некоторые аспекты католицизма, но католическое духовенство не признавало местной веры. Сегодня ахмен включает католических святых в свои молитвы богам дождя, но боги дождя никогда не упоминаются в католической мессе (Рис.5). Но, по крайней мере, церковь больше не преследует последователей туземных обычаев.

В течение первого столетия испанского правления господствующее духовенство преследовало всех майя, которые практиковали старые обычаи. Известен, например, такой трагический случай культурного недопонимания: группа религиозных практикующих майя семнадцатого века шествовала, облачаясь в мантии и головные уборы, похожие на церковную одежду. Их обвиняли в том, что они подражали и издевались над церковью, и все они были сурово наказаны, когда как на самом деле те индейцы по своему почтили церковь, приняв некоторые из ее атрибутов. Церковь сегодня знает, что лесные майя исповедуют местную форму религии, и, похоже, смирилась с этим.

С начала встречи майянского мира и с испанцами проявились некоторые некоторые замечательные параллели, по крайней мере, во внешнем виде. Древние майя, как и католики, традиционно ходили в религиозных процессиях с изображениями; кроме того, жрецы майя носили специальные одежды, окропляли святой водой и жгли смолистые благовония, похожие на ладан. У майя еще до прихода испанцев была вера в потустороннюю жизнь и в своеобразную форму рая. По сей день один из самых трудноразрешимых вопросов — какая часть церемониальной жизни нынешних майя происходит из католической Испании, а какая часть тянется из доколумбовых времен.

Во время одной из ца чаак, или церемонии дождя, которую я наблюдал, майя построили ряд из четырех арок, ведущих от главного алтаря к маленькой святыне со святым крестом (рис. 6). Студент колониальной церкви в Юкатане сказал мне, что по его мнению, эти арки были имитацией церковной архитектуры, создавая священное пространство в лесу, похожее на высокие потолки и святилища в городе. С другой стороны, у нас есть описание священника шестнадцатого века, до того как майя включили в свою духовную жизнь испанские религиозные обряды, процессии майянских жрецов проходили через лесную тропу «украшенную арками».

Версия католического причастия, выполненная как часть церемонии дождя, шаманом в отсутствие католического духовенства.

Точно так же символическое значение направления на восток может исходить или не исходить от католицизма. Майя всегда ориентируют свои столы, или церемониальные алтари, на восток. Но алтари в католических церквях по крайней мере, в Мексике – тоже ориентированы на восток! Другими словами, человек, стоящий перед алтарем, лицом к нему, смотрит на восток. Майя адаптировали католический путь или это совпадение?

Древние майя делали бальче, ритуальный ферментированный напиток наподобие медовухи; сегодня бальче обычно называют «вино», очевидно, в связи с католическим ритуальным вином для обряда причащения. Некоторые виды хлеба, выпекаемые в ямочных печах вместе с другими обрядовыми хлебами, служат «просфирой» (телом христовым) во время причастия, совершаемого деревенским шаманом в отсутствие католических священников (рис.7). Святой Исидор является покровителем фермеров кукурузы и упоминается как Господь Милпа (рис.8). Поэтому тема степени смешения католицизма с местным знахарством и колдовством, как я и говорил, неисчерпаема.

Отдельные майя совершают молитвы и службы в своих домах и со своими соседями, выполняют погребальные обряды, отмечают годовщины утраты, собираются на церемонии крещения, известные как хицмик (jéetsméek’), делают подношения на кукурузных полях для алушо’об (aluxo’ob) и бааламо’об (báalamo’ob), почитают католических святых в своих домах и совершают бесчисленные действия, которые можно назвать религиозными. Однако в этой статье я сосредоточусь на церемониях и обрядах, выполняемых ахменами Юкатана, то есть шаманами. Это обряды, которые только они могут выполнять правильно. Они обладают древним знанием священных формул, имеющих решающее значение для успеха.

Существует еще один класс религиозных церемоний, известный как Гремио, который включает в себя многочисленные процессии с делегациями из многочисленных общин. Они не включены в текущую статью, потому что они не проводятся непосредственно практикующими шаманами, хотя шаманы в них играют важную роль. Они больше похожи на религиозные праздники или торжества, чем на шаманские ритуалы.

Описанные ниже обряды и ритуалы, с их бесчисленными вариациями, продолжаются сегодня по всему полуострову.

Сантигуар: простое очищение

Сантигуары выполняются для очищения людей от опасных и вредных ветров. С точки зрения майя, большинство болезней происходит от ветров (вспомните слово «малярия», от итальянского mala aria, «плохой воздух»), и шаман майя обладает силой изгнать эти ветры. Строго говоря, santiguar, испанское слово, означает осенять крестным знамением, но для майя это целительный ритуал, в котором шаман молится над своим пациентом, очищая его или ее священными, помазанными листьями. Иногда он осеняет пациента крестным знамением, а иногда нет, в зависимости от его собственной практики. Вариации могут быть неисчислимы.

Моя первая встреча с ритуалом сантигуара произошла в Пополе, маленькой майянской деревушке, к северу от Вальядолида. По вторникам и пятницам Дон Эстебан в своем доме, крытом пальмовыми ветвями, проводил окуривания. Однажды в 1983 году, когда я сидел у двери с блокнотом и фотоаппаратом в руке, ко мне подошел мужчина и пожаловался на головную боль.

Алтарь Дона Эстебана, находившийся в темном помещении в восточной части дома, был готов.

На алтаре стоял грубый деревянный ящик со стеклянной дверцей, в котором стояли пять святых, или религиозных статуй. Самая большая из них, сзади и в центре, была Дева Фатимская. Перед ней, образуя дугу слева направо, стояли Пресвятая Богородица, Святое Сердце Иисуса, Дева Гваделупская и ангел без определенного имени. На деревянном столе перед святыми стояли пять подсвечников, в том числе глиняный в форме птицы. Несколько свежесорванных цветов украшали сцену.
В углу стояла пустая рюмка.

Дон Эстебан жестом пригласил его сесть лицом на восток, к алтарю. Он зажег свечи и налил «огненной воды», крепкий ликер из сахарного тростника, в рюмку (рис. 9). Затем он наклонился, взял сложенный кусок ткани и осторожно развернул очень маленький предмет. Зажав его между большим и указательным пальцами, он окунул его в жидкость. Он назывался коох кан (kooj kaan) «зуб змеи» — настоящий клык гремучей змеи!

Сипильче обладает особыми свойствами, которые делают его пригодным для лечения болезней.

Он методично уколол человека в шею и область плеча около дюжины раз, осторожно помещая каждый укол клыка, уделяя особое внимание нижней правой стороне шеи. Затем он убрал свой клык гремучей змеи и приложил тростниковый ликер к шее человека, втирая ее пальцами. Затем он взял пучок листьев сипильче и побрызгал на него прозрачным тростниковым напитком. Сипильче (siipilche) — это кустарник, отличающийся тем, что его листья расположены крест-накрест, один лист направлен вверх, а два-в стороны. Снова и снова в пределах одного куста появляются эти перекрестные узоры, придающие растению очень священное качество (рис.10). Листья темно-зеленые, мелкие, округлые, с небольшим заостренным кончиком. По всему полуострову шаманы собирают пучки этих листьев, чтобы делать с их помощью очищения и ритуалы.

Дон Эстебан перед своим домашним алтарем использует неразбавленный тростниковый ликер, чтобы очистить свои лечебные инструменты.

Опрыскивание пучков «огненной водой» (как правило – это крепкий тростниковый ликер) придает им дополнительную силу.

Во время сантигуара пациент сидит перед домашним алтарем шамана, пока тот смахивает злые ветры с помощью пучка сипильче

С этим очищенным листовым пучком, стоя рядом с пациентом, Дон Эстебан начал поглаживать голову и плечи пациента, тихо бормоча молитвы. Он делал это около двух минут, а затем подошел к больному сзади и повторил поглаживание и молитву, но на этот раз в течение примерно семи минут.

В конце каждой молитвы Дон Эстебан кружил листьями в воздухе над головой больного против часовой стрелки и заканчивал их спиралевидным росчерком вверх, как бы вытягивая из больного болезнь и посылая ее в небо. А потом все кончилось. Пациент заплатил Дону Эстебану минимальную плату, обменялся несколькими тихими словами и ушел.

В последующие дни я наблюдал то же самое представление на мужчине с болью в основании черепа, на мужчине с больным плечом и на матери с маленькой дочерью, которые по очереди сидели в кресле (рис.12). В последнем случае девочка постоянно сильно моргала глазами. Что-то серьезно беспокоило ее. Покончив с сантигуаром, Дон Эстебан вручил матери маленький мешочек с листьями, бумажный пакет с лекарством и инструкцию по их применению. Девочка больше не моргала! Это было моим первым свидетельством, появившимся в начале моей полевой работы, что исцеления действительно имели место. Мать спросила девочку, не болят ли у нее глаза.
— Нет, — кротко ответила она. Они ушли вместе, и я смотрел через парадную дверь, нагнувшись, под пальмовые листья, наблюдая, как они рука об руку исчезают на грязной улице, окаймленной белыми каменными стенами, поворачивая за угол к их дому.

Маленькая девочка с проблемами зрения получает сантигуар, а также фитотерапию.

Что касается человека с больным плечом, я точно знаю, что его боль также уменьшилась, и его состояние улучшилось, потому что я был тем самым пациентом.

Основная идея сантигуара состоит в том, чтобы удалить ветры, йик‘ на языке майя.

Нижеследующий список был составлен из личных полевых заметок, и в большинстве случаев мне удавалось получить объяснение относительно их формы или характера. Относительно некоторых я услышал им4 Бена лишь в магнитофонных записях и не имел возможности пораспрашивать о них.

Вот далеко неполный список ветров, вызывающих болезни, из того, что я успел записать:
(Помните, что x произносится как «ш»)

  • Ш-аакат йик (x-áakat iik’): ветер, который скачкообразно прыгает по земле.
  • Буухака’ан йик (búujuka’an iik’): ветер, который падает с неба и ранит людей.
  • Ш-буйют йик (x-buyut iik’): ветер, который окутывает тело человека как одеяло.
  • Ш-колор йик (x-color iik’): три ветра — белый, черный и красный (sak iik’, boox iik’ , chak iik’); они три разных ветра, но упоминаются как родственная группа ветров.
  • Ш-к’оха’ан (x-k’oha’an iik’): слабый ветер, не очень сильный.
  • Миисиб йик’ (míisib iik’): сильный ветер.
  • Мосун йик’ (mosoon iik’): вихрь.
  • Папагайо иик’: ветер, дующий с небес, поражает людей и причиняет им боль, а затем снова возвращается далеко в небо.
  • Паупа йик’ (pa[u]pa[?] iik’): неизвестно.
  • Ш-пеепем йик’ (x-péepem iik’): ветер, который движется как бабочка.
  • Сьете-мачо, Сьете-Бурро, Сьете-Райас: никакого объяснения не приводится, за исключением того, что это двадцать один ветер.
  • Танкас йик’ tankas iik ‘: ветер духа или души (у всех животных есть своя танка), который вызывает онемение в частях тела.
  • Ш-тох йик’ (x-toj iik’): сильный ветер, выстреливающий по прямой линии.
  • Ш-туис йик’ (x-tuis [?] iik’): ветер, который движется по земле, чем-то похожий на x-akat iik, но вместо того, чтобы прыгать вверх или прыгать прямо вперед, каждый раз, когда он поднимается, он возвращается назад, продвигаясь вперед, но с обратной петлей.
  • Т-у’ул паач йик’ (t’u’ul paach iik’): ветер, который ударяет человека в спину или преследует его.
  • Тулиш йик’ (tulix iik’): ветер в форме стрекозы; он происходит из леса, вокруг водоемов со стоячей водой.
  • Юю йик’ (yuyu iik’): неизвестно, возможно, ветер в форме иволги, yuuya или уйиуит.

Чаще всего пачка сиипильче помогает справиться с болезнью пациентом, но я также видел, что использовались танкас че (tankas che’) и руда (ruda), два других вида священных растений. Я уверен, что есть другие доступные варианты. В одном случае шаман использовал тяжелый предмет размером с кулак, завернутый в черную ткань. Когда он показал его мне, я обнаружил, что это был археологический артефакт, грубо вырезанный ягуар из известняка.

В качестве альтернативы сипильче, иногда используется трава руда в чистках santiguar.

Сантигуары являются наиболее часто проводимыми церемониями исцеления на Юкатане, которые охватывают множество незначительных заболеваний, включая боли в животе, головные боли, боль в горле и боль в ушах. Когда симптомы сохраняются, и сантигуары, кажется, не работают, шаман должен определить причину и перейти к более высокому, более сложному уровню лечения. Причины, как понимают шаман и его пациенты, почти всегда являются сверхъестественными. Чтобы понять их, требуется гадание.

Гадание – чтение знаков

Гадание — это искусство восприятия тайных знаний. Шаман, благодаря мастерству своих приемов, видит и интерпретирует информацию, скрытую от непосвященных. Многие люди майя полагаются на гадание шаманов, чтобы помочь им понять свой мир и получить руководство в своих делах. Они приходят к своему шаману, например, с такими вопросами, как: Что вызывает у меня болезнь? В каком направлении мне идти охотиться на оленей? Когда я должен посадить кукурузу? По крайней мере, в некоторых частях полуострова гадание называется хууц’ик (joots’ik) cuenta, «извлекать подсчет» или «извлекать чтение». Шаманы выполняют это с помощью кукурузных зерен, с помощью саастун и с других почитаемых объектов.
Гадание на зернышки кукурузы, в его самой простой форме (если есть такая вещь, как простое гадание), состоит из раскладывания тринадцати ядер в священном порядке, перемешивания кукурузы вместе и вытягивания чисел ядер (рисунок 14). Нумерология — это ключ к пониманию гадания, а тринадцать — самое святое из чисел.

Дон Эс из Шуилаб строит две колонны на своем маленьком деревянном алтаре с тремя парами ядер в каждой колонне, получая в общей сложности шесть слева и шесть справа.

Тринадцатое ядро ​​- это центр, называемый puksi’ik’al, «сердце». Он перемешивает их вместе со своей рукой и вытягивает число. Затем он снова перемешивает их все вместе и вытягивает еще один номер. Повторяя это три раза, все время молясь, он получил вдохновение. Божественный ответ начал проявляться.

Перетасовывая тринадцать зерен кукурузы, Дон Эс получает указания сверхъестественных сил

Затем он читает свой саастун. Чаще всего саастун — это маленький стеклянный шарик, из настоящего мрамора; но также используются многие другие стеклянные предметы, часто ограненные, такие как пробки для бутылок и старинные стеклянные дверные ручки.

Я помню, как я был разочарован, когда впервые увидел обычные стеклянные шарики. Я думал, что они были даже не обычными игрушками, а дефектными, наполненными пузырьками воздуха.

Я еще тогда не понимал, что эти пузырьки и дефекты играли ключевую роль в общении шаманов с духовным миром.

Использование майя «хрустальных шаров» довольно хорошо известно, и посторонние люди испытывают определенное волнение и романтику в отношении этой практики. Но мы должны позаботиться о том, чтобы не фантазировать, как они используются, считая, что в них появляются видения или образы. К счастью, работая в тесном контакте с несколькими шаманами, я наконец смог понять, что именно они искали, глядя в эти стеклянные сферы.

Саастун ловит свет и вспыхивает, чтобы шаман мог общаться с духовными существами.

Когда Дон Эс использует свой саастун, он держит стеклянный шар перед свечой и наблюдает, как свет ловит маленькие пузырьки внутри. Поворачивая мрамор, он ждет, когда светящиеся пузырьки сгруппируются. Как и в случае с зернами кукурузы, в числах светящихся пузырьков содержится ответ: три — для tres personas (Отец, Сын и Святой Дух), а четыре — для санто вунклиль (santo wunklil)- общий термин для богов дождя или богов неба. Комбинируя результаты из кукурузных зерен и саастуна, он получает нужный ему счет.

В отдаленной деревне в Кинтана-Роо я наблюдал довольно захватывающую сессию гадания, используя шестьдесят зерен кукурузы и четыре шарика. У моего друга Дамиано из Шуилаб была сильная боль в области рта, и он решил посетить ахмена, который, кроме всего прочего, приходился ему дедом. Он одолжил мне велосипед, и мы поехали на полчаса по грунтовым дорогам, чтобы добраться до Сан-Сильверио, где Дамиано нашел дом дона Хосе, широко известного шамана.

«Кто он?» — спросил дон Хосе, кивая головой в мою сторону. Дамиано объяснил, что я изучал вещи Ицы, такие как Чичен-Ица и артефакты древних. Дон Хосе, казалось, удовлетворился ответом и позволил мне фотографировать и многое записать на пленку.

Когда Дон Хосе привел нас к себе на задний двор, солнце уже садилось, а западное небо светилось. Он сидел за маленьким деревянным столом с Дамиано на одной стороне. У алтаря был небольшой деревянный крест на западной стороне и большая куча зерен кукурузы с маленьким свертком на вершине. Он развернул ткань и достал не один саастун, а четыре! Я никогда не слышал об использовании такого большого количества.

Сначала он взял один из меньших, из мрамора янтарного цвета, и поместил его между указательным и средним пальцами левой руки, вытянув его на расстоянии вытянутой руки к западному горизонту.

Затем он положил маленький зеленый шарик рядом с ним, все еще держа его к небу. Правой рукой он медленно поворачивал их и располагал их до тех пор, пока они не «засветились». Затем он установил большой прозрачный саастун из прозрачного мрамора между средним и безымянным пальцем, и, наконец, поместил четвертый под ним, между его кольцом и мизинцем. Он держал всех четыре саастуна на расстоянии вытянутой руки к небу над горизонтом и пристально смотрел в них, пока не был удовлетворен.

«Смотри!» — сказал он мне на языке майя. «Видишь маленькие дыры в небе?» Когда я внимательно вгляделся в нижний саастун, внезапно свет поймал маленькие пузырьки внутри, и они вспыхнули. «Смотри!» — повторил он. «Ты можешь увидеть ангелов». (uTi aan te’ kaan elo – они там на небе). «Вот как они говорят со мной. Они рядом. Дух делает благословение, делает спасение. Святые делают знак и готовятся!»

Воздушные пузырьки внутри стекла — не недостатки, а ключи к чтению знаков.

Дамиано объяснил мне, что санто-вунклиль, или святые существа, общаются через саастун с большого расстояния — с неба. Вглядываясь в саастун, шаман на самом деле «видит» небо. Когда саастун светится, дон Хосе получил свой «знак». Тем самым он получил благословение и был уполномочен небесными существами. Теперь он мог «читать» кукурузные ядрышки.

Он немедленно начал перетасовывать зерна кукурузы и молиться. Он тасовал их быстро и сильно, взад и вперед, посреди стола. Внезапно он остановился, осенил знаком креста всю кучу, вытащил около половины ядер и положил их в одну сторону. Из оставшейся кучки в центре он начал вытаскивать по щепотки по пять. Пять, пять, пять, пять и одно ядрышко осталось. Он переместил ее сверху слева от себя. Затем он объединил все ядра и снова начал перетасовывать и молиться. Он остановился, разделил кучку пополам.

Из оставшейся половины он снова вытащил связки по пять. Пять, пять, пять и четыре осталось. Эти четыре он положил сверху, справа от одного. Он повторил этот процесс еще четыре раза, пока через вершину у него не было один, четыре, один, два, один и пять. На седьмом повторении он снова сделал то же самое, за исключением того, что, когда он вытащил группы по пять, он расположил их вдоль нижней части стола слева направо. После четырех щепоток по пять осталось два зернышка, которые он поместил сверху, завершая дугу чисел через вершину. Siete Puntos, «семь очков», пояснил он.

Это все еще оставило половину кучи в центре стола. Из этой кучи он также вытащил грудки по пять штук и поместил их вдоль нижнего края фигуры в ряд с другими пятерками. Наконец, осталось три. Он положил эти три в средний. Когда все было сделано, у него было восемь пятерок внизу, небольшая кучка из трех в середине и дуга на вершине, читая один, четыре, один, два, один, пять и два.

Когда я записал это в своей записной книжке, считая вместе с Доном Хосе, по моему телу пробежала дрожь, в момент, когда я осознал, что делаю полосы и точки, похожие на древние числа майя — полосы на пять, точки на единицы!

Дон Хосе снова посмотрел на своего подопечного, а затем продолжил давать Дамиано чтение, основанное на «семи очках». Он беседовал с Дамиано, спрашивая его о его боли и о том, как долго он ее переносил. Он сказал Дамиано, чтобы он вернулся завтра и принес определенное количество листьев различных трав и три яйца. Цифры в верхней части таблицы помогли ему решить, сколько из них нужно принести на следующий день.

Дон Хосе позаимствовал у меня фонарик и пошел в темнеющий лес, чтобы найти лекарство для растений.

Он вернулся с зеленой веточкой, разломал ее и выдавил капли липкого белого сока прямо на язык Дамиана. Когда мы уходили, Дамиано сказал, что его рот почувствовал себя лучше. Завтра он вернется, чтобы завершить свое исцеление, следуя инструкциям, полученным Доном Хосе в ходе гадания.

Есть еще один метод гадания, который я видел только один раз на Юкатане, но я слышал, что он используется так же далеко, как Гватемала и мексиканский штат Герреро. Я подозреваю, что это используется по всей Центральной и Северной Америке.

Это из книги под названием “Новейшая Книга Оракулов и Судеб”.
Копия, которую я видел, была опубликована в Мехико в 1950 году.

Дон Эстебан обращается к книге оракулов так же, как его предки майя обращались к иероглифическим кодексам.

Трое мужчин пришли в дом дона Эстебана, в деревне шамана, упомянутой ранее, который совершал сантигуары в Пополе. Они выглядели так, как будто прошли долгий путь пешком, вероятно, по лесной тропе.

Они были очень обеспокоены больной женщиной в их деревне. Они внимательно поговорили с доном Эстебаном, прежде чем шаман снял с полки старую потертую книгу, завернутую в газету.

Аккуратно открыв его, он развернул большую страницу фигурок, которые почти покрывали стол. Страница была заполнена рядами и столбцами изображений, чем-то похожими на карты Таро, чашками, мечами, черепами и множеством других знаков.

Дон Эстебан приказал одному из мужчин три раза обвести руку над столом против часовой стрелки, а затем опустить руку с вытянутым указательным пальцем, чтобы она попала на изображение. После этого дон Эстебан открыл текст и прочитал соответствующий отрывок. Всего он сделал это три раза, а затем последовал долгий разговор.

В какой то момент Дон Эстебан вышел через черный ход и вернулся, завернув что-то в газету и положив упаковку на алтарь. Затем он вынул маленькую чистую белую ткань и тоже положил ее на алтарь. Он продолжал молиться за предметы и поливать их “огненной водой” (тростниковым ликером). Затем он сложил ткань и передал ее и пакет трем мужчинам и дал им подробные инструкции о том, как их использовать, частично основываясь на информации, полученной из Книги Оракулов.
Мужчины заплатили Дону Эстебану и уехали, чтобы вернуться в свою деревню. Три дня спустя они вернулись с больной женщиной, чтобы дон Эстебан мог сделать ей правильное исцеление.

После многих лет наблюдения практики гадания на Юкатане я начал понимать связь с древним прошлым.

Кодексы майя, древние иероглифические книги по-видимому использовались, чтобы предсказывать хорошие и плохие предзнаменования для дней и событий. Заполненные изображениями богов, сторон света, священными фразами и числами, древние кодексы майя служили руководствами для жрецов, давая божественные предписания для правильного исполнения ритуалов. Кодексы содержали вид и количество жертвоприношений для надлежащих церемониальных обрядов в доколумбовы времена, точно так же, как «Книга Оракулов» Дона Хосе, семь кучек кукурузных зерен в дуге через алтарь, рассказал современному прорицателю — потомку древней Ицы — сколько листьев травы использовать, сколько яиц принести на следующий день и сколько дней принимать лекарства.

В обоих случаях – и современному прорицателю с его стелянными шарами — саастунами и кукурузными зернами, и древнему священнику майя с его иероглифическими книгами – указания приходят из невидимого мира богов и духов, живущих в небе. Божественное руководство проявляется духовному специалисту через его священные инструменты, чтобы он мог передавать скрытые послания своим собратьям.

Продолжение следует…

Нравится? Поддержите нас на Patreon!