Окончание истории про Ангелину Сергеевну  Воронцову, ведьму из деревни Инеево Томской области

Первая часть Ангелина. Наследие ведьмы. Часть 1
Вторая часть Ангелина. Наследие ведьмы. Часть 2

Как будто он знал о моей неудавшейся попытке проведения спиритического сеанса. В этот момент я понимал, что нахожусь в сновидении, и в нём происходит спиритический сеанс. Интересно было то, что руки людей не были соединены между собой , у большинства они лежали на бёдрах или на коленях, а на столе не было ничего, кроме книги.

Вызываю дух Ангелины Воронцовой, — сказал я  громко и отчётливо. Зная, что следует назвать только имя, я всё же назвал и фамилию — перестраховался, но эта вольность не  вызвала никакой реакции у окружающих меня людей и у того, кто сидел во главе стола. Едва лишь эти слова были произнесены, как книга резко взмыла вверх и зависла примерно в метре над поверхностью стола,  и я понял, что дух здесь и можно задавать дальнейшие вопросы.

— Ангелина, ты передала кому-нибудь свою силу?- был мой следующий вопрос.

Книга резко отлетела вдаль от меня к противоположному краю стола и зависла почти над головой у мужчины. Каким-то образом мне было совершенно понятно, что это означало нет.

— Ангелина, ты можешь передать силу мне?

В это же мгновение книга пролетела вдоль всего стола и зависла теперь над моей головой. Это означало да. Во время всего периода сеанса слова произносил только я. Остальные люди сидели в молчании.

— Что я должен сделать для этого? Переночевать на том месте, где ты похоронена?

Книга опять резко отлетела к дальнему краю стола, что означало нет.

— Переночевать в твоём доме?

Книга опять уже висела над моей головой — «Да».

Позже я задал ещё пару вопросов, но вспомнить их не могу. Затем я проснулся.

Впервые за долгое время туман неуверенности был развеян, и у меня были чёткие указания что же делать дальше, но произошло нечто странное, я почти потерял интерес к данной истории. Тем более, как оказалось, настоящий дом Ангелины расположен в совершенно другой деревне, а дом, в котором я был, принадлежал её родственникам, членам её семьи. Совершать новую поездку? И как я объясню людям, что мне нужно переночевать в их доме? Снова врать? Что-то придумывать просто не хотелось, к тому же, во время редких встреч с отцом, он периодически напоминал мне, что считает меня шизофреником. Мне действительно начало всё это казаться полным безумием, и я никуда не поехал. Но то, что произошло дальше, стало для меня полной неожиданностью- шаг навстречу совершила сама Ангелина, и мне уже больше не нудно было никуда ездить, ни с кем советоваться, более того, с этого момента я перестал касаться данной темы даже с теми, кто был хотя бы немного в неё посвящен.

Генри Фюзели. Три ведуньи из пьесы Шекспира «Макбет».

Во сне я шёл по очень мрачной местности. Земля была чёрной, если это вообще была земля. Скорее, это напоминало тяжёлый вулканический пепел. Местность едва озарялась красным светом, казалось, он шёл откуда-то из-за линии горизонта. Больше в этой местности не было почти ничего. Вдали я увидел силуэт женщины, она стояла неподвижно и смотрела на меня.

— Подойди ко мне, — сказала она.

Я подошёл. Это была Ангелина в одном из двух образов, в которых она в дальнейшем являлась в сновидениях, и в этом образе, она была старой, грузной и жутковатой. Перед ней стояла небольшая тумбочка высотой до колена, на которой горела свеча.

Забыл сказать, что когда я шёл по этой местности, в правой руке у меня был свежесорванный куст чёрной белены. Чёрная белена — это ботаническое название данного растения. По латыни — Hyoscyamus niger. Не знаю, откуда я мог его взять в этой пустыне.

Мы стояли с Ангелиной друг напротив друга, на расстоянии вытянутой руки. Нас разделяла только тумбочка с горящей свечой.

-Дай мне листик, — произнесла она.

Я оторвал от стебля один листик белены и протянул ей. Ангелина взяла лист правой рукой и держа лист над пламенем свечи произнесла несколько слов, простых слов, и вернула мне лист. Это были слова приворожки.

— Что мне  с ним делать?- спросил я.

-Проглоти его – был её ответ.

Тут я понял, что Ангелина даёт мне не только словесную форму приворожки, но и силу это делать, если я проглочу лист. Моя реакция была быстрой и неожиданной для меня.

— А мне это не нужно, – сказал я и положил лист в нагрудный левый карман рубахи.

Ангелину это нисколько не смутило.

— Дай мне этот листик,- сказала она.

Я повиновался. То, что произошло дальше, было невозможным, но едва Ангелина пронесла лист над пламенем свечи, как эти несколько слов тут же мною забылись, а ведь это были всего  несколько очень простых слов, совсем непохожих на те, что модно прочесть в книгах по подобной тематике. Как я ни старался, я не мог вспомнить те слова ни тогда, стоя перед ней, перед Ангелиной, не смог я их вспомнить и позже, когда проснулся. Я был расстроен, поскольку решил, что обидел её отказом, и больше она не явится во снах.

Но она просто изменила манеру обучения таким образом, что отказаться было невозможно. Последовала долгая серия снов, не являвшихся сновидениями. В них я не мог принимать решения, в них я находился в состоянии, напоминавшем сонный паралич, иногда лёжа, иногда сидя. Передо мной лежали целые тома каких-то старых книг. Они напоминали наши затрёпанные библиотечные учебники по анатомии и медицинские атласы. Книги сами раскрывались и листы их сами переворачивались. Книги содержали рисунки, которые сопровождались соответствующим текстом. Эти рисунки внешне и по стилю не несли никакой художественной ценности, и больше действительно напоминали наши медицинские атласы или научную литературу.

Содержание их передавать мне крайне неприятно. Неприятно даже вскользь упоминать,  поэтому я ограничусь только несколькими предложениями, чтобы читатели поняли, о чём идёт речь. Например, одна глава целиком посвящалась тому, как насылать на человека опухоли различных органов и систем. Другой раздел, можно сказать, был посвящён психиатрии, и посвящался тому, как вызывать различные виды и формы безумия, как у отдельного человека, так и у групп людей. И все книги в таком стиле. Ничего разумного, доброго, вечного там просто не было. При этом справа от меня всегда стояла Ангелина, иногда молча, иногда что-то наговаривая. Но даже, если бы я задался целью всё это запомнить или выучить, это было бы просто невозможно, потому что книги перелистывались с большой скоростью, и весь показанный  и прочитанный мне материал больше не повторялся. Всё это было больше похоже, наверное, на загрузку информации на жёсткий диск компьютера.

ведьма ханс бальдунг

Ханс Бальдунг, Ведьма (часть гравюры «Шабаш ведьм»)

Перерывы на отдых были ещё более гнусными. Я лежал, справа стояла Ангелина, а слева в ногах, метрах в двух от себя, я видел голову какого-то существа, отдалённо напоминавшего не то голову козла, не то быка, только очень большую. От неё исходила энергия, по крайней мере, так я это воспринимал, и входила мне в живот в районе правой подвздошной области. Весь кишечник при этом бурлил и ходил волнами. Это было не очень приятно. Я не могу  сказать, что после пробуждения эти сны меня как-то пугали, но в повседневной жизни я стал ощущать холод, даже в самый жаркий день, он входил в моё тело через кончики пальцев рук.

Следующие две зимы после этого, мне было очень трудно переносить — я очень сильно мёрз. Потом это прошло полностью. А сейчас, даже в самые  морозы, я не покупаю зимние носки, а пользуюсь тоненькими летними, хотя зимой гуляю подолгу.

Потом эта серия снов прекратилась, и Ангелина больше не появлялась. Я решил, что наши встречи закончились, и совершенно не стремился к продолжению. Однажды я осознал себя в сновидении, в котором летел над городом, была ночь, и свет в большинстве окон был потушен. Я присел отдохнуть на балкон одной из многоэтажек. В  комнате горел свет, а в кресле сидела женщина, задремавшая над вязанием. Внезапно за спиной я услышал голос Ангелины.

-Сейчас я научу тебя ставить перевёрнутый крест. Ты можешь ставить его на всё, всё что угодно: человека, здание, машину — на всё, что ты хочешь разрушить. Лучше, если человек находится во сне. Ты рисуешь пальцем правой руки в воздухе  крест, а затем направляешь его на человека.

Я машинально так и сделал и направил крест на женщину в комнате.

-В момент, когда крест приблизится к телу и начнёт прилипать, перевернёшь его, — продолжала Ангелина. Как только у меня это получилось, я услышал за спиной жуткий вой, который являлся так же хохотом. Мне показалось, что этот голос принадлежал существу, которое помогало Ангелине, но я не стал оборачиваться и проснулся.

В момент пробуждения промелькнула мысль: «А кто и когда поставил перевёрнутый крест на нашу страну?»

Но, как ни странно, меня всё же тянуло к ней. Несколько раз я обнаруживал себя в той местности, с чёрной поверхностью и багровым закатом. Я находил в ней Ангелину. Иногда она даже не замечала меня. Она переходила с место на место, и толстой, узловатой палкой что-то разгребала в этом пепле, будто что- то искала. Я решил посмотреть, что же она там ищет и увидел полуистлевшие останки людей. Они казались высохшими или замумифицированными и совершенно ничего не весили. Она переворачивала их своей палкой, ворошила как прошлогоднюю листву.

Однажды она спросила меня:

—  Почему ты не делаешь того, чему я тебя учу?

Я ответил ей, что для меня это неприемлемо. Она долго молчала, и я опять решил, что чем-то обидел её, а затем произнесла:

-Ты же терпеть не можешь моралистов, считаешь их двуличными и недостойными уважения. А я дала тебе очень много, обычно ведьма столько не получает. Пока ты этого не осознаёшь и не помнишь. Ты попробуй, ощути кураж.

Вообще, в тот период встреч с Ангелиной, я достаточно часто посещал мир мёртвых.

Гравюра из развлекательной книги 18-го века о женщинах-пророках и ведьме, которую считали матерью Шиптон, в книге 18-го века (1834) Джона Эштона

Та информация, которую я получал об Ангелине от людей, оставляла тяжёлое впечатление. Это были достаточно жуткие истории, но учитывая также, что это могли быть просто сплетни о необычной и красивой женщине, излагать их я не считаю возможным. Расскажу об одной сцене, которая потом имела документальное медицинское  подтверждение, и свидетелями которой являлись многие люди.

Как-то к дому Ангелины подошла одна деревенская женщина, и совершенно потеряв контроль над собой начала кричать, что найдёт управу на эту чёртову ведьму и оскорблять её отвратительной грязной бранью. Я не знаю, чем ей так досадила Ангелина. При этом к дому стали стекаться зеваки, которым было очень интересно посмотреть, как это всё закончится. На крыльцо вышла Ангелина и спокойно спросила: «Сама уберёшься?». После этого женщина буквально впала в истерику, и, наклонившись, нашла камень, чтобы запустить им в Ангелину. Как утверждали впоследствии свидетели, в одно мгновение Ангелина исчезла, а на том месте, где она только что стояла, была большая чёрная птица, отдалённо напоминавшая петуха. Эта птица подскочила к женщине, и когтями и клювом изодрала её до такой степени, что той потребовалась хирургическая помощь, и её отвезли в ту же районную больницу, которую я посещал. Зная возможности Ангелины, могу сказать, что она всерьёз не хотела навредить сельчанке, а просто поставила её на место, заодно напомнив окружающим, что к ней следует относиться с осторожностью и уважением.

В сновидении я находился в корпусе мединститута, то было старинное здание из красного кирпича дореволюционной постройки. В корпусе были две огромные лекционные аудитории, и множество  учебных комнат и лабораторий. Внезапно двери одной из лекционных зал распахнулись и оттуда начали выбегать люди. Лица их были искажены гримасой неконтролируемого животного страха. Почти все они кричали от ужаса и разбегались в разные стороны.

Я находился в полном осознании и пошёл навстречу потоку, лавируя между бегущими людьми, желая посмотреть, чего они так испугались. Зайдя в аудиторию, я увидел Ангелину. Она левитировала на высоте не менее восьми метров. Её тело находилось в вертикальном положении с лёгким наклоном вперёд. Она была молода и ослепительно красива. Одета в платье из толстой материи  тёмно – зелёного цвета старинного покроя, которое закрывало её от шеи до щиколоток, и, тем не менее, подчёркивало невероятным образом божественные  пропорции её фигуры. На ней были остроносые коричневые полусапожки на каблуке. Она парила в ореоле сияния своей силы. Это зрелище было прекрасным, но давящим и тяжелопереносимым одновременно, такой прежде я её никогда не видел, но в аудитории кроме нас двоих уже давно никого не было, а я стоял, стоял, и, задрав голову  и открыв рот, глазел на неё, почти не дыша. «Вот она! Ведьма! Во всём блеске своего великолепия!» — думал я. Эти слова нагваля с математической точностью передают суть того явления, которому я являлся свидетелем.

Внезапно Ангелина рухнула вниз и через несколько мгновений мягко приземлилась на ноги в полуметре от меня. Она слегка наклонилась и осторожно взяла меня за руки, а затем мы лицом друг к другу, не сговариваясь, синхронно сделали несколько шагов вверх и уселись  каждый на отдельную  скамью по разные стороны  от лестничного прохода. Наши колени почти соприкасались. Ангелина развернула кисти моих рук ладонями вверх, при этом они лежали у меня же на коленях, а кончики пальцев были согнуты и лежали под прямым углом вверх. Она легко коснулась их кончиками своих пальцев, а затем посмотрела мне в глаза. Её взгляд был прост и естественен, но так мужчина и женщина могли смотреть в глаза друг другу, когда Бог только создал этот мир. Я знал, что она читала меня, как раскрытую книгу, что от неё невозможно ничего утаить, но она давала понять, что принимает меня полностью.

В эти минуты покой и умиротворение вошли в мою душу. Мне не нужно было кем-то быть, что-то являть собой, и соответствовать каким-то критериям оценки. Оказывается, иногда достаточно просто посмотреть женщине в глаза, и вся изначальная целесообразность бытия, растраченная в течение жизни,  вновь вернётся к тебе. Ангелина буквально наполняла меня этим. Знаю, что в давние времена мужчины шли на величайшие подвиги или преступления ради такого взгляда, ради одного только взгляда…

А затем, я конечно же проснулся.

С тех пор Ангелина никогда больше не приходила в мои сны, и я не пытался отыскать дорожку к ней.

Игорь Михайлов, Томск.

Октябрь 2019 года.