Продолжение истории про Ангелину Сергеевну  Воронцову, ведьму из деревни Инеево Томской области

Продолжение. Начало истории по ссылке: Ангелина. Наследие ведьмы. Часть1 

Ветер сносил крыши домов и валил деревья.

-И во время той грозы она ушла…

Едва лишь Карина произнесла эти слова, меня буквально начало трясти, но внешне это не особо проявлялось. Это было не на уровне тела, а на всех других уровнях, как их не называй. Теперь буря бушевала уже внутри меня. Это была карусель из мыслей, желаний, ещё даже не оформившихся чувств, которые можно было бы охарактеризовать как нетерпение, ожидание, что я ухватился за какую-то ниточку, и что ответ, который я давно хочу получить, вот-вот придёт ко мне. Внешне всё это проявилось в одной простой фразе:

— Карина, а ты можешь помочь мне найти информацию об этой женщине? Её имя, фамилию, где жила и где похоронена.

Я был уверен, что Карина ответит резким отказом.

— Могу, — сказала она просто – завотделением в той больнице моя хорошая подруга. Я позвоню ей и попрошу поднять историю из архива, думаю, она не откажет. Вскоре мы разбрелись по комнатам, и весь дом погрузился в сон.

Приехав на следующий день рейсовым автобусом, я буквально застал картину массовых разрушений. Поваленные тополя, рекламные щиты, оборванные линии электропередач, кое-где сорванные крыши домов, разбитые оконные стёкла и лоджии, грязевые потоки, повсеместно огромные лужи воды или даже маленькие озерца. Все улицы были просто усыпаны обломками и ветвями деревьев и…, не помню точно, одна или две человеческие жертвы.

По всему городу работали аварийные службы. Жители города ходили как будто слегка обалдевшие, рассматривая свой город в этом новом виде, и казалось, что со вчерашнего вечера они до сих пор взъерошенные и невысохшие, будто бы только, что обтирали себя большим махровым полотенцем. Но в целом-то, картина была более чем живописной, хотя и чуть сюрреалистичной, а листва и трава просто на глазах дунули в рост после дождичка.

Я почему-то полагал, что если мне и позвонит Карина по данному вопросу, то очень нескоро, ну, может через несколько недель или вообще никогда. К тому времени я уже жил в однокомнатной квартире жены своего отца, а он с женой в той трёхкомнатной, о которой я упоминал. Через несколько дней мой домашний телефон зазвонил, я поднял трубу и услышал голос Карины.

-Выезжай, она всё нашла и ждёт тебя, — сказала она.

Весь следующий день был занят приготовлениями и сборами к отъезду. Я не знал, сколько дней займёт поездка. Купил кое-что из одежды и разные подарки для тех людей, с кем предстояло встретиться. К вечеру всё было готово, и я собирался пораньше лечь спать, поскольку ехать предстояло самым ранним рейсом и боялся просто проспать, но тут произошло небольшое событие, которому я не придал тогда никакого значения, а человек, о котором сейчас расскажу, пронёс обиду на меня через более чем двадцать лет жизни.

В дверь постучали. Я открыл дверь. На пороге стоял мой знакомый, который работал в банковской системе и уже тогда начал приобретать свой первоначальный капитал. Впоследствии он стал очень богатым человеком. Он объяснил, что получил информацию о том, что сегодня вечером у подъезда дома на него будет совершено покушение и попросил меня сопровождать его с целью предварительной рекогносцировки и оценки степени опасности ситуации. При других обстоятельствах я бы ему не отказал, тем более что одно совместное боевое крещение у нас уже было. В Средней Азии мы попали с ним в ситуацию очень опасную, но выкрутились из неё без малейшего ущерба, да ещё с бонусами, в виде двух красивых девушек. Но в этот вечер для меня не существовало ничего, кроме моей завтрашней цели, а знакомый воспринимался как назойливая тень, от которой я отмахнулся. Как он сказал впоследствии, его глубоко поразили мой холод и равнодушие: «Я понял, что я для тебя просто не существую». Что ж, он был прав. В тот вечер так всё и было.

Манускрипт Войнича —
иллюстрированный кодекс, написанный неизвестным автором на неизвестном языке с использованием неизвестного алфавита.

На следующее утро, около восьми часов, я уже ехал в райцентр первым автобусом. Дорога заняла около пяти часов, и ещё через тридцать минут я дошёл до центральной районной больницы и постучал в кабинет заведующей терапевтическим отделением.

Татьяна Петровна оказалась очень приятной женщиной лет сорока, и когда я представился, задала несколько вопросов о Карине и её родственниках. Затем спросила, не голоден ли я, и когда я сказал, что нет, без лишних слов открыла ящик стола, достала оттуда историю болезни и положила передо мной. «Так кто же такая?»- подумал я, с трепетом беря историю болезни в руки.

Воронцова Ангелина Сергеевна, из деревни Инеево. Я бегло просмотрел совершенно тоненькую историю болезни: дата рождения смерти, диагноз, посмертный эпикриз, и поднял глаза на Татьяну Петровну. Она, как ни в чём не бывало, улыбаясь, глядела на меня.

-А где похоронена?- задал я вопрос.

-Там же, на кладбище, рядом с Инеево.

И как бы упреждая мои последующие вопросы, рассказала, что в Инеево живёт дочь Ангелины, тоже Татьяна, с мужем, детьми и тётками, и рассказала, как добраться до Инеево. Я был немного сконфужен, казалось, Татьяна Петровна прекрасно понимает, чего я добиваюсь, но это её нисколько не заботило, более того, создавалось впечатление, что она даже хочет мне помочь, несмотря на всю специфическую предысторию.

-Если не останешься ночевать в Инеево и поедешь в город сегодня, заходи, накормлю на дорогу ужином, — сказала она. После чего я поблагодарил эту милую женщину и отправился в дорогу.

Дорога до Инеево заняла у меня около двух часов. Я то шёл пешком, то пользовался попутками, из которых ни одна не ехала в Инеево, но каждая ускоряла моё продвижение к цели. Водитель последней попутки притормозил у поворота и показал мне рукой:

-Мне прямо, а тебе туда. Вон Инеево уже видно, не заблудишься.

Местность вокруг Инеево никак не напоминала нашу северную природу. Хвойные леса остались позади, и было такое впечатление, что я попал в южные широты: белый песок, ивы, небольшие озерца и живописные зелёные поляны. Светило солнце, было тепло, и погода была радостной.

Войдя в Инеево, я не встретил на улице ни одного человека, и чтобы узнать, где дом Воронцовых, зашёл в сельский магазин. Продавец показала рукой на дом, не проявив ко мне ни малейшего интереса. Через три минуты я постучал в ворота обычного деревенского дома, ничем не выделявшихся среди остальных домов. Дверца в воротах отворилась и передо мной стояла стройная, голубоглазая, светловолосая женщина среднего роста. На вид ей было лет тридцать пять. Я представился и сказал, что приехал специально для того, чтобы посетить могилу её матери и почтить её память, поскольку давным-давно Ангелина Сергеевна оказывала помощь моей матери. Эту легенду я заготовил заранее, так как ничего более умного придумать не мог. Врать было неприятно, тем более что по лицу Татьяны я понял, что она совершенно не поверила в эту ахинею. И я уже испугался, что сейчас получу отлуп в резкой форме и придётся возвращаться ни с чем в город. Но реакция Татьяны оказалась очень неожиданной: она пригласила меня в дом, познакомила с мужем, двумя детьми и тётками, и, вообще, отнеслась ко мне с полным участием и вниманием.. Но странным было то, что после первого взгляда у ворот, она вообще старалась не смотреть мне в глаза, и видно было, что несмотря на внешнюю естественность её поведения, ей было не по себе, более того, у меня создалось впечатление, что о моём визите, она каким-то образом знала заранее.

Все мы расположились в большой комнате дома, и завязался разговор. Он был долгим, и большей частью, конечно же, касался Ангелины. Татьяна достала семейный альбом, и я листал его и смотрел на фотографии Ангелины разных лет. Тётки рассказывали, какая она была замечательная и необычная женщина, да ещё и какая красавица. Тётки говорили, что в юности у неё была просто осиная талия, а глаза… Даже на фотографии они завораживали. Это не преувеличение.
Взяв в руки небольшую фотографию, на которой Ангелина была ещё молодой девушкой, я понял, что уже не смогу отдать её обратно, и попросил Татьяну забрать эту фотографию с собой на какое-то время, с условием её возвращения. К моему удивлению, Татьяна легко согласилась. Но слушая рассказы родственниц и, рассматривая фотографии, становилось ясно, что всё далеко не так однозначно, как говорили тётки.

Даже на той фотографии, которую я взял себе; взгляд Ангелины, он был совершенно особенный. Её глаза буквально сверкали, как два больших зеркала на свету. И это трудно подобрать слова, но для описания выражения этих глаз, ближе всего было бы сказать, что их блеск был безжалостным. О! Эта женщина не знала сомнений и от неё исходила сила. Я уже начал узнавать этот взгляд. Постепенно разговор перешёл на бытовые темы, а затем стал сугубо практическим: одной из родственниц мне удалось снять напряжение шейных мышц и убрать головную боль. Муж Татьяны сказал, что его беспокоит боль в желудке и спросил, не могу ли я чего-то посоветовать.

Поговорив с ним, и ознакомившись с результатами его анализов и обследований, я под запись объяснил ему, что есть ещё всего несколько дней, когда определённая трава будет действовать и решит его проблемы с желудком, так что, пользуясь записями, он сам смог бы приготовить себе лекарство, а так как он был деревенский житель, он прекрасно эту траву знал. Дальше атмосфера общения стала совершенно непринуждённой и ещё через некоторое время Татьяна сказала мужу, чтобы он отвёл меня на могилу матери. Это оказалось совсем рядом, за небольшой рощицей.

Я стоял перед могилой Ангелины, и мне было почему-то грустно, хотя я никогда не знал её. На той фотографии, что на памятнике, она была совершенно другая: обычная, простая, немного грустная и чуть уставшая. Но именно здесь, стоя у её могилы, я получил ответ на вопрос, кто была та женщина, что смотрела на меня с портрета матери в ночном кошмаре. Он действительно мог быть получен только мной самим, как была права Галина Геннадьевна.
Ангелина могла выглядеть по-разному, но ощущение исходящей от неё силы не менялось, и было легко узнаваемо.

Когда мы вернулись в дом, Татьяна отвела меня на кухню, накормила творогом с хлебом и сметаной, и ещё через некоторое время я попрощался со всеми, поблагодарил за гостеприимство, и отправился в райцентр.

Как бы я не старался, я не мог вспомнить впоследствии, на чём и как добрался до райцентра. Дорога оказалась совершенно стёрта из памяти. По-видимому, я был на автопилоте, погружённый полностью в собственные мысли. Я пришёл в себя только тогда, когда постучал в дверь дома Татьяны Петровны, она пригласила войти и посадила за стол.

-Сейчас накормлю себя ужином, — сказала она.

-Мне, похоже, необходимо выпить, — изрёк я.

-Спирт медицинский подойдёт?

-То, что надо.

Я выпил две стопки неразбавленного спирта, запивая его огуречным рассолом, и отужинал тушёным картофелем с мясом. После чего мне стало как-то легче.
-Поездка удалась?- спросила Татьяна Петровна.

-Более чем,- ответил я, — подружился со всеми родственниками.

Манускрипт Войнича — иллюстрированный кодекс, написанный неизвестным автором на неизвестном языке с использованием неизвестного алфавита.

После этого мы ещё немного поговорили. Татьяна Петровна сказала, что Ангелина произошла из очень верующей и богобоязненной семьи. Талант целительства проявился очень рано. Она могла лечить и людей и животных, все её просто обожали до тех пор, пока она не познакомилась с одной бабушкой, божьим одуванчиком, ссыльной с Украины. С тех пор девушку словно подменили, её способности стали выходить за пределы возможного, люди начали бояться её и избегать. «Я это, кажется, прочувствовал», — сказал я.

К середине следующего дня я вернулся в Томск. Вся экспедиция заняла не более суток. Было понятно, что какой-то важный этап моих поисков был завершён, но было абсолютно неясно, что же делать дальше. Я периодически доставал фотографию Ангелины, рассматривал её, но ничего не мог придумать. Консультироваться у кого-то было бесполезно, и всё же я совершил эту ошибку, попросив одну женщину, которая считала, что обладала экстрасенсорными способностями, сказать мне всё о человеке, который изображён на фотографии, ни в какие подробности я не стал её посвящать.

Эта дама попросила дать ей несколько дней, и я оставил фотографию у неё. Через несколько дней она мне не перезвонила. Не позвонила и через неделю. Дней через десять, она всё же ответила на мой звонок и попросила заехать. Приехав, я нашёл её в совершенно разбитом состоянии.

-Скажи, что это??? Что ты мне подсунул? Как только я попыталась настроиться на этот образ на фото, мне стало очень плохо, и я проболела неделю. Зачем ты это сделал?- она была обижена и растеряна. Было видно, что ей действительно плохо. Я совершенно не ожидал такого, извинился, забрал фотографию и ушёл. Такая реакция была действительно полной неожиданностью для меня, поскольку мне нравилось смотреть на эту фотографию, но моё восприятие было полностью иным: когда я смотрел на неё, то думал, что оказывается, пусть совсем и редко, но люди могут быть совсем иными и не похожими на те образы, к которым мы привыкли в течение своей жизни, а взгляд Ангелины заряжал меня как та майская гроза, во время которой, я впервые о ней услышал.

Через несколько дней, ко мне в гости зашёл один из моих друзей. Я вкратце посвятил его в курс дела и попросил его помочь мне.

-Но как я могу тебе помочь?- удивился он.

— Давай попробуем провести спиритический сеанс и вызвать её — сказал я.

-Ну, нет. У нас ничего не получится — ответил он.

Не то чтобы он не верил в спиритизм, но с его точки зрения, нас было мало:

— Нам нужна в компанию хотя бы одна женщина, у нас с тобой просто не хватит сил.

Я же в отличие от своего друга, абсолютно не верил в подобные затеи, но других идей у меня не было. В итоге я уболтал его провести сеанс. Был ясный солнечный день, и вся комната была залита светом, но меня это совершенно не смущало. Мы перетащили с кухни стол в комнату, нашли картон, расчертили его, перевернули блюдце, попробовали, и, конечно же, ничего не получилось. Но нас это нисколько не расстроило. Мы рассмеялись, поскольку оба не сомневались в отрицательном результате. Прошло несколько дней, а я по-прежнему топтался на месте. «Но в конце концов, я сновидящий или нет?! — мысленно укорял я себя,- достану её через сновидение». Я настраивался, но ничего не происходило. Недели через две, когда я смирился с тем, что ничего не получится, что затея провальная, да и вообще, несерьёзная, мне приснился сон.

Болотистая местность, сосновые леса, на одном из островов стоял большой деревянный дом, брёвна которого почернели от влаги времени. Дверь в дом была открыта, и я вошёл в неё. Внутри было очень темно, и я с трудом рассмотрел лестницу, ведущую на второй этаж, и стал подниматься по ней. Лестница была покрыта ковровой дорожкой и совершенно не скрипела. Поднявшись, я увидел вдали тусклый свет и пошёл на него. Вдоль длинного коридора. Коридор привёл меня к большой комнате, дверь в которую так же была открыта. Комната освещалась несколькими свечами, стен комнаты не было видно — они утопали в темноте. Кажется, был ещё камин, но он не горел. Я остановился у двери. И ещё там был небольшой порожек, я его не переступал. Внутри комнаты стоял длинный массивный стол из тёмного дерева. Как мне показалось, он был очень длинный, не менее семи метров, а в ширину около полутора метров, или чуть шире. Со всех сторон от стола были расположены деревянные стулья с очень высокими резными спинками. Вся эта мебель казалась невероятно тяжёлой. За столом молча сидели люди, мужчины и женщины разных возрастов. Стул ближайший ко мне единственный, который пустовал. На противоположном краю стола от этого пустующего стола сидел худощавый смуглолицый мужчина, лет шестидесяти.

— Пройди и займи своё место, — негромко, но властно сказал он, глядя на меня.

Я перешагнул порожек, вошёл в комнату и сел на пустующий стул. Тут я обратил внимание, что посредине стола между мной и этим мужчиной лежала большая, очень толстая старинная книга. Но название её разглядеть было невозможно, т.к. она находилась в трёх с половиной метрах от меня, да и освещение оставляло желать лучшего.

— Говори, что ты хочешь, — негромко и властно сказал мужчина. Это был не вопрос, т.е. он не спрашивал меня, что я хочу. Его фразу следовало понимать как «Говори, то, что ты хотел сказать».

Окончание следует.